Бытие 49:1
В высоко-поэтической, боговдохновенной речи Иаков, минуя предстоящую его потомству жизнь в Египте, пророчески рисует картину будущей жизни каждого колена в Ханаане, причем в каждом случае выходит из индивидуальных качеств того или другого сына своего и обстоятельств жизни его, и затем переходит к будущности, то более близкой, то более отдаленной, его поколения - к «последним дням» (acharith hajamim, επ εσχατων των ημερων; Vulg.. in diebus novissimis), что в отношении к важнейшему пункту пророчества Иакова - пророчеству об Иуде означает «не вообще будущее, но будущее завершительное, именно мессианское время завершения всего» (Кейль). Конечно, первое время по поселении Израиля в Ханаане и период судей образуют ближайшие пункты пророческого созерцания Иакова, но пророческая перспектива его далеко не ограничивается этими пределами, да и исторические черты означенного периода полны символического значения по отношению к отдаленному будущему истории спасения. Мессианский смысл выражению «в последние дни» принадлежит и другим библейским пророчествам (Исаия 2:2; Иеремия 30:24; Иезекииль 38:16; Даниил 10:14; Осия 3:5; Михей 4:1; ср. К Евреям 1:1-2). Вообще, в целом и многих частностях, пророчество Иакова является типом патриархальных благословений, облеченных в вдохновенную и поэтическую форму. Блаженный Феодорит на вопрос (вопр. на Бытие 112): почему говорится, что Иаков благословляет детей, когда некоторых проклинает? - отвечает: «последние слова патриарха - не проклятия и не благословения, но предсказания».